«Читать русских писателей все равно что наслаждаться несметным богатством», - сказал однажды Хемингуэй. Как и многие, он познакомился с русской классикой благодаря переводам ровесницы Чехова, англичанки Констанс Гарнетт (1862-1946). Невероятно работоспособная, Гарнетт перевела все романы Достоевского, сотни рассказов Чехова и два тома его пьес, основные произведения Тургенева и Толстого, а также избранные тексты Герцена, Гончарова и Островского.

Гарнетт получила образование в Кембридже, затем вышла замуж за издателя Эдварда Гарнетта. В их доме бывало много эмигрантов из России, и Гарнетт, очарованная рассказами о далекой стране, начала учить русский язык. В 1894 году, оставив мужа и малолетнего сына в Англии, начинающая переводчица отправилась в трехмесячное путешествие по России, где побывала и у Толстого в Ясной Поляне. Вернувшись в Англию, Гарнетт посвятила себя дому, семье и… переводам. Несмотря на слабое здоровье и плохое зрение, она очень много работала (переводя «Войну и мир», почти ослепла и была вынуждена диктовать текст секретарю).

Примерно до середины XX века переводческий авторитет Гарнетт был неколебим. Но затем послышались и критические голоса, в основном двуязычных писателей-эмигрантов. Особенно суров был Владимир Набоков. В «Лекциях по русской литературе» он писал: «Джозеф Конрад, английский романист польского происхождения, в письме от 10 июня 1902 г. к Эдуарду Гарнетту, писателю средней руки, обмолвился: ‘Напомни обо мне своей жене, чей перевод «Анны Карениной» мне кажется великолепным. О самой же книге я невысокого мнения, так что перевод придал ей некоторого блеска’. Я никогда не прощу Конраду этого вздора. На самом деле перевод Гарнетт очень слабый». Мнение Набокова разделял и Иосиф Бродский, как-то заметивший: «Англоязычные читатели с трудом могут отличить Толстого от Достоевского, потому что они их не читали. Они читали Констанс Гарнетт».

Многочисленные вольности Гарнетт вполне объяснимы. Переводчица работала в таком темпе, что когда ей попадалось непонятное слово или фраза, она их попросту пропускала и шла дальше. Жизнь коротка - «Идиот» длинен. Любопытно на этот счет свидетельство Д. Г. Лоуренса, друга семьи Гарнеттов. Он вспоминает, как Констанс сидела в саду и сосредоточенно писала, а возле нее, на земле, высилась гора исписанных листов.

В середине 1980-х попытку заново перевести «Братьев Карамазовых» предприняла супружеская пара: американский поэт Ричард Пивеар и его жена Лариса Волохонская (бывшая ленинградка). Все началось с того, что как-то Пивеар перечитывал «Братьев Карамазовых» в переводе одного из «продолжателей дела» Констанс Гарнетт - Дэвида Магаршака. Лариса, заглянув в книгу через плечо мужа, пришла в ярость - попавшиеся ей на глаза фразы не имели ничего общего с Достоевским.

Изучив все английские варианты «Братьев Карамазовых» и сделав вывод, что они никуда не годятся, Пивеар и Волхонская рискнули испробовать собственные силы. Работали они следующим образом: сначала Лариса делала максимально точный подстрочник с примечаниями, а затем Ричард «причесывал» текст так, чтобы он соответствовал нормам английского языка и при этом сохранял стилистику Достоевского.

По завершении труда, длившегося более пяти лет, супруги отправили рукопись в «Рэндом хаус» и получили ее назад с краткой запиской: «Гарнетт будет жить в веках. Зачем нужен новый перевод?» Отвергло рукопись и издательство «Оксфорд-пресс» - рецензенту, в частности, не понравилось, что Алешу Карамазова называют «ангелом», на полях он дал свой вариант - «хороший парень». В конце концов «Братьев Карамазовых» согласилось опубликовать мелкое калифорнийское издательство, при этом предложенный гонорар составлял тысячу долларов - примерно доллар за страницу.

И тем не менее Пивеар и Волохонская продолжали работать над русскими классиками. За двадцать лет они перевели на английский «Преступление и наказание», «Бесов», «Записки из подполья», повести Гоголя, «Мастера и Маргариту» и «Анну Каренину».

Перевод «Анны Карениной» был выпущен в Англии в 2000 году, но читательского успеха не имел: издательству удалось продать всего несколько сот экземпляров. Однако в 2004 году им улыбнулась удача - новый перевод «Анны Карениной» широко разрекламировала популярная американская телеведущая Опра Уинфри (переводчики, кстати, даже не знали, кто она такая, полагая, что это певица в стиле кантри). За один только месяц в Америке было напечатано и раскуплено 800 тысяч экземпляров романа. В автобусе, метро и кафе можно было увидеть американцев, читающих Толстого.

Этот успех пришелся как нельзя более кстати, поскольку переводчики собираются приняться за «Войну и мир».